Хорошо известно, что в XII-XIII вв. в Западной Европе в моду входят светская образованность, изящество ума и куртуазность манер. Все эстетические и этические искания нашли воплощение в так называемом куртуазном кодексе любви, который на протяжении двух веков разрабатывался одновременно поэтами и мыслителями. Важно подчеркнуть, что куртуазность касалась, прежде всего, правил поведения по отношению к женщине и выражалась в куртуазной любви; это была совершенно особая манера светской игры, имевшая свою мораль и свою философию. К схоластической философии как научной дисциплине она, однако, не имела абсолютно никакого отношения, и никогда ни одному мыслителю до Маргериты Порете не приходило в голову попытаться соединить эти два противоположных полюса. По-видимому, сама она сделала это неосознанно; она не ставила перед собой конкретную задачу создать новое направление в философии, ведь, как уже было сказано выше, она не только не имела философского образования, но даже не была знакома со схоластической философией. В этом смысле ей просто не на что было опереться. Впрочем, не исключено, что она была знакома с современной ей фламандской мистикой, хотя текстологически доказать это пока не удается.[1]
И все же очевидно, что Порете от природы была наделена тонким проницательным умом, способным к рождению независимой философской мысли. Бесспорно, она была одарена и литературно, и интеллектуально. Благодаря лёгкому, незамысловатому жанру трактата, где мыслительница связывает куртуазность с познанием, её философия становится доступной для более широкого круга светских читателей. Книга походит на рыцарский роман: это история одного поиска, поиска «высшей любви».
В ранней куртуазной литературе, к которой принадлежат произведения провансальских трубадуров, Утончённая Любовь представляет собой плод неустрашимой верности влюблённого в борьбе с трудностями, уготованными ему дамой сердца. Вместе с тем любовь их преисполнена Радости, победоносного энтузиазма и, что важно, стремления к полному обладанию обожаемым объектом. В куртуазном наследии Северной Франции, примером которого можно также смело назвать «Зерцало простых душ», вышеперечисленные понятия одухотворяются и наполняются абстрактным богословским и философским содержанием, сохраняя при этом свою эмоциональную силу.
Необходимо отметить, что в конце XIII – начале XIV вв. куртуазность стала востребованной не только при дворе, но и в городах, и распространилась в основном среди зажиточной части населения. В таких домах именно женщины являлись носителями бытовой культуры. Предполагается, что девочек из семей обеспеченных горожан учили куртуазности с самого детства, и Маргерита Порете этому пример. В движении бегинок, к которому принадлежала Порете, участвовали в основном представительницы богатых семей[2] – женщины достаточно эмансипированные и весьма утончённые. Несомненно, атмосфера, в которой Порете была воспитана и в которой находилась, будучи участницей этого движения, повлияла на её философское творчество.
